Остается надежда на 150-летие Госдумы
Политолог, член комитета по политтехнологиям Российской ассоциации по связям с общественностью (РАСО) Павел Склянчук – о том, как Госдума отмечает 120-летие российского парламентаризма.
Продолжаю наблюдать, как бездарно с точки зрения исторической науки отмечается 120-летие образования Государственной Думы.
Не то, что бы и раньше это были какие-то выдающиеся события: максимум мемориальная доска на Таврическом дворце, монографии, почтовые открытки и юбилейные монеты к 100-летию ГД. Скучно.
И сейчас все идет по принципу простой констатации факта без какой-то либо рефлексии или проекции на современность. Парламентарии же не для себя любимых отмечают, а в назидание будущим поколениям?
Вот, например, 20 февраля – дата подписания императором «Учреждения Государственной Думы». Это первый регламент парламента. Ничем не хуже сегодняшнего, между прочим. Например, Дума могла дать поручение министру разработать законопроект об изменении действующего закона. То есть сперва решали, какие законы нужно скорректировать, а потом их проекты готовились исполнительной властью и выносились на рассмотрение.
Почувствуйте методологическую разницу: сейчас в Думу вносятся поправки без какой-то ли последовательности. Раньше депутаты сперва решали, что им нужно поменять, а затем обсуждала конкретные проекты. Вообще же на заре парламента к точечным изменениям законов относились пренебрежительно, называя это «вермишелью».
В итоге день рождения Регламента (помним современную базовую парламентскую идеологему: «демократия – это нормы, правила, процедуры») «отпраздновали» выкладыванием фотокопии исторического документа.
Для верхней палаты дата 20 февраля еще более эпохальная – Госсовет преобразовали в верхнюю палату парламента. И тот же архивариусный подход – «смотрите, вот этот исторический документ, оригинал, это правда было». Мы его и другие покажем на выставке, пусть все видят. Но почему это произошло, какое значение имело тогда и как отразилось на сегодняшней роли Сената в жизни страны?
В итоге складывается впечатление, что нынешние власти, которые так активно упирают на защиту историческую правду, не готовы к полноценному осмыслению зарождения конституционной монархии (уверен, что и про причины скоростного роспуска первой и второй Думы не будет дискуссии). И почему это не уберегло страну от волны террора, поражения в мировой войне и революции 1917 года.
В общем, остается надежда на 150-летие Государственной Думы, когда «пыль уляжется», и широкая научная и интеллигентная общественность решится на то, чтобы подробно разобраться в том, почему слова Столыпина про «беречь Думу» актуальны до сих пор.
