Руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов, председатель Коллегии медиаторов при Торгово-промышленной палате Московской области
22.08.2018

Пенсионная реформа как социальный конфликт

Руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов, председатель Коллегии медиаторов при Торгово-промышленной палате Московской области, эксперт Центра ПРИСП Олег Иванов – о запоздалых мероприятиях «Единой России», направленных на «смягчение» пенсионной реформы.

20 августа состоялось внутрипартийное мероприятие «Единой России», в котором приняли участие представители региональных отделений партии. Главной темой обсуждения стала пенсионная реформа. Единороссы озвучили ряд предложений: в частности, отменить дополнительные выплаты к пенсиям для депутатов, перечислять деньги, изъятые у коррупционеров, в Пенсионный Фонд, ужесточить санкции за выплату «серых зарплат».

Первое слово, которое приходит на ум при осмыслении этих предложений, - популизм. Именно так называется попытка депутатов поставить себя по уровню доходов в один ряд с обычными гражданами в целях оправдания повышения пенсионного возраста. Что касается денег коррупционеров, то они в любом случае изымаются в пользу государства, закрывающего дыры в бюджете ПФР, поэтому непонятно, что изменится от перекладывания денег, по сути, из одного кармана в другой.

На заседании секретарь Генсовета «Единой России» Андрей Турчак отметил, что «государственное пенсионное обеспечение в нашей стране должно быть безусловно сохранено». Видимо, это была «шпилька» в адрес председателя Госдумы Вячеслава Володина, допустившего недавно на встрече с жителями Саратова неосторожную фразу о возможности отмены государственных пенсий в России. Как известно, между аппаратом партии, в которой Турчак фактически является вторым лицом, и лидером фракции «Единой России» в Госдуме, оказывающим влияние на политику партии через депутатов, существует латентный конфликт.

Цель этого мероприятия очевидна – попытаться смягчить удар, нанесенный репутации и рейтингам партии ее консолидированной позицией по повышению пенсионного возраста. Вместе с тем, такие попытки выглядят довольно нелепо и, скорее, способны дать обратный эффект.

На следующий день в Госдуме прошли большие парламентские слушания, посвященные пенсионной реформе. На мой взгляд, это попытка «выпустить пар в свисток», «заболтать» проблему, чтобы немного снизить градус напряжения в обществе. Такое мероприятие нужно было проводить в самом начале, на этапе инициирования реформы. Вместо этого партия власти буквально продавила принятие законопроекта в первом чтении, не считаясь с мнением явного большинства граждан и единодушного (хоть и популистского) протеста оппозиции, и только потом приступила к его общественно-экспертному обсуждению. Такая постановка «телеги впереди лошади» привела к справедливому народному возмущению и обрушению рейтингов властей: этот вопрос слишком социально значим, чтобы решение по нему можно было принимать без учета мнения общества.

На слушаниях в числе прочих выступил министр труда и соцзащиты РФ Максим Топилин, который отметил, что Россия – последняя страна с развитой пенсионной системой, которая еще не повысила пенсионный возраст.

На мой взгляд, как-то мы слишком непоследовательны по отношению к европейским партнерам: то мы Запад критикуем, то на него ровняемся. То у нас свой особый путь, то мы хотим жить так, как на Западе. Но там человек не привык надеяться на государство, в основе его характера лежит индивидуальность. У жителей России и восточных стран, напротив, традиционно коллективистский менталитет: опора на семью, общину, государство. Пенсионная реформа в ее нынешнем виде опасна прежде всего тем, что она подрывает основы доверия общества к государству и тем самым пытается изменить российский менталитет. Через какое-то время, может быть, довольно непродолжительное, это может аукнуться тем, что государство потеряет поддержку общества по очень многим вопросам.

Привить россиянам западный образ мышления – мечта инициаторов и большинства сторонников пенсионной реформы, таких как Кудрин, Кузьминов, Мау и прочих либеральных идеологов. Существует множество способов поддерживать бюджет Пенсионного Фонда «на плаву». Почему из всех них был выбран самый радикальный – выплаты пенсий нынешним пенсионерам за счет средств, которые недополучат будущие пенсионеры, – остается непонятным. Почему не рассматривался вопрос о повышении налога на доходы физических лиц, например, с 13 до 15%? Почему был выбран самый дестабилизирующий путь, ставящий под удар наиболее социально незащищенный слой населения – пенсионеров? Возможно, для того, чтобы поменять прогосударственный менталитет россиян, сделать нас частью западного общества.

Как бы там ни было, пенсионная реформа – ярчайшее подтверждение того, что между властью и обществом в России отсутствует нормальная коммуникация. Власти с самого начала выбрали такой способ общения с населением, надеясь, видимо, что народ поворчит и забудет. Однако после принятия законопроекта в первом чтении стало очевидно, что общество «без боя» сдаваться не будет. Поэтому Госдуме пришлось срочно организовывать площадку для обсуждения реформы, чтобы снизить напряжение, «поторговаться» за условия, создать рабочую группу или комиссию и так далее. Уже очевидно, что реформа не будет отменена, но власти могут пойти на небольшие уступки пенсионерам, чтобы создать у людей впечатление, что к их мнению прислушиваются.

Скорее всего, решение уже принято – причем не на Охотном Ряду, а в Белом Доме и Кремле. Поэтому единственная цель этих парламентских слушаний – смягчить недовольство людей посредством различных манипуляций с общественным сознанием.

В заключение отмечу, что любая реформа – это социальный конфликт. Она меняет устоявшиеся нормы и правила, порой традиции и моральные устои, поэтому, как и при всяком конфликте, власть должна вести себя разумно, держать ситуацию под контролем, управлять конфликтом. А она, к сожалению, этого не умеет и, самое главное, не хочет. Понятия «конфликтологическая экспертиза» у нас до сих пор нет, о конфликтологии и медиации органы власти ничего не слышали и слышать не хотят. Попытки наладить диалог между государством и обществом предпринимает разве что Общественная палата РФ, но, как известно, один в поле не воин. Кстати, суть конфликта на слушаниях отразил именно Валерий Фадеев, когда заявил, что повышение пенсионного возраста – не финансовая, а социальная проблема, и принятию таких социально значимых решений должны в обязательном порядке предшествовать процедуры, обеспечивающие государственно-общественный диалог. К сожалению, понимание этого у нас отсутствует. И пока такое положение дел будет сохраняться, каждое скоропалительное решение властей потенциально может привести к обострению социально-политической ситуации в стране.

 tyrchak

 
Новое на Prisp.ru
 
Партнеры
partners_1 Пенсионная реформа как социальный конфликт
banner-cik-min Пенсионная реформа как социальный конфликт
banner-rfsv-min Пенсионная реформа как социальный конфликт
partners_5 Пенсионная реформа как социальный конфликт
partners 6
partners_8 Пенсионная реформа как социальный конфликт
insomar-logo Пенсионная реформа как социальный конфликт
indexlc-logo-min Пенсионная реформа как социальный конфликт
rapc-banner Пенсионная реформа как социальный конфликт