Галибаф в равной степени и военный, и политик
Политолог, первый заместитель председателя комиссии ОП РФ по общественной экспертизе законопроектов и иных нормативных актов, эксперт Центра ПРИСП Александр Асафов – о личности Мохаммада-Багера Галибафа, который стал ключевой фигурой в Иране.
После гибели Верховного лидера Али Хаменеи и секретаря Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани, а также ранения нового Верховного лидера, Моджтабы Хаменеи, именно 64-летний спикер парламента и экс-мэр Тегерана Мохаммад Багер Галибаф стал главным политическим деятелем Ирана.
В условиях фактического вакуума власти Галибаф взял на себя координацию военных операций (ранее он делал это в тандеме с покойным Лариджани), пользуясь абсолютным доверием Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и хорошо ориентируясь во внутренней кухне иранской политики.
У Галибафа есть уникальное преимущество – он в равной степени и военный, и политик. Его карьера началась в 1980 году на Ирано-иракской войне, где он быстро стал одним из самых молодых командиров КСИР. Там же он сблизился с будущей верхушкой иранского режима, включая ныне покойного командира сил специального назначения «Аль-Кудс» Касема Сулеймани.
В конце 1990-х годов он возглавил ВВС КСИР, а затем стал шефом национальной полиции. Галибаф всегда отличался бескомпромиссной жесткостью: в 1999 году он публично угрожал свержением президенту-реформатору Хатами за его поддержку студенческих протестов, а в 2002 году лично отдал приказ стрелять по демонстрантам.
Галибаф всегда имел большие политические амбиции: с 2005 года он 12 лет занимал пост мэра Тегерана. Этот период запомнился как масштабными инфраструктурными проектами, так и громкими коррупционными скандалами, а также его участием в жестком подавлении уличных протестов 2009 года.
Галибаф несколько раз пытался стать президентом (в 2005, 2013 и 2024 годах), но раз за разом терпел неудачу, в итоге закрепившись с 2020 года на посту спикера парламента. На этой должности он последовательно выступал за экономические реформы, но никогда не оспаривал власть шиитского духовенства.
Сейчас именно Галибаф ведет публичную пикировку с Вашингтоном и Тель-Авивом. В своем телеобращении после смерти аятоллы Хаменеи он публично назвал Дональда Трампа и Биньямина Нетаньяху «грязными преступниками», пообещав, что они «заплатят высокую цену за пересечение красных линий».
На днях в соцсети X спикер парламента опроверг заявления Трампа о якобы ведущихся «очень хороших и продуктивных переговорах» с Ираном, назвав их фейком, запущенным для манипуляции финансовыми рынками и ценами на нефть, и «отчаянной попыткой Вашингтона вырваться из ближневосточного капкана».
На следующий день после демарша Галибафа Иран вновь обрушил ракетные удары по целям в Израиле и Саудовской Аравии.
Спекулировать о том, ведутся ли в реальности переговоры между Вашингтоном и Тегераном, не имеет смысла. В сложившейся ситуации важно другое: теперь в Иране правит бал жесткая и прагматичная партия войны.
