Доктор политических наук, профессор РГГУ, профессор кафедры дипломатии МГИМО
30.09.2020

Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?

 

Доктор политических наук, профессор РГГУ, профессор кафедры дипломатии МГИМО Владимир Пряхин – о сути политических процессов на постсоветском пространстве.

Кризис в Белоруссии еще достаточно далек от своего завершения. Но интерес к нему продолжает возрастать. Как в политических элитах, так и у широкой общественности. Как на Западе, так и на самом постсоветском пространстве. И это вполне понятно: цветные революции, Евромайдан, нынешние события в Минске требуют своего анализа, выводов и рекомендаций на будущее. Никто ведь не исключает, что происходящее сейчас в Белоруссии, завтра не повторится в какой-либо другой стране постсоветского пространства и даже за его пределами.

В чем же тут дело? Дело, на мой взгляд, в самой сути политических процессов на постсоветском пространстве. В 1991 году все постсоветские страны и их народы дружно отказались от системы "социалистической демократии" и бросились в объятия "демократии настоящей" – с плюрализмом, многопартийностью, регулярными выборами, сменяемостью руководства, многочисленными партиями и общественными организациями. Заметим, правда, что уже через три-четыре года после развала Союза большинство центральноазиатских постсоветских государств прошли через процесс, названный Евгением Киселевым "башибузацией», и лидеры, пришедшие тогда к власти, удерживают ее и поныне, кроме отдавшего душу Аллаху Ислама Каримов и ставшего жертвой «плюшевой» революции Аскара Акаева.

Но всё течёт и изменяется. Электоральная демократия покоится на свободной рыночной экономике, а законы рынка жестоки - если вы не производите продукцию высших мировых образцов, то вы автоматически опускаетесь вниз на дно экономической биологической цепочки, где обладатели более высокотехнологичных товаров пожирают свои сырьевые придатки и превращают их в своих политических вассалов. Подавляющее большинство постсоветских стран прошли этот путь. Где сейчас Тбилисский авиазавод, Рижский вагоностроительный, Ереванский институт физических исследований, украинские флагманы советского тяжелого машиностроения Южмаш, ХАЗ, ХТЗ, Николаевские верфи, на которых, кстати, изготавливались из нижнетагильского железа детали для нью-йоркской статуи Свободы?

Вот только за запорожский завод "Сич" сцепились китайцы и американцы. Китайцам нужны двигатели для своих боевых вертолетов, а американцы именно поэтому хотели бы снести его. Но это частная деталь, которая не меняет общей картины: статус индустриально-аграрных советских республик снижается до уровня африканских слаборазвитых государств. Для того чтобы противостоять этому процессу нужны сильные государства. Но сильная государственность, как например в лукашенковской Белоруссии сталкивается с мнением тех, кому до лампочки статус государства, и кто выше всего ценит доступ к хотдогам и пепси-коле. Политическая элита заинтересована в повышении статусов своих государств, что же касается народа, то он не всегда руководствуется высокими патриотическими чувствами. Так десятки тысяч советских физиков, химиков, биологов в девяностые годы побежали на Запад, даже не бросив нежного взгляда на потерянную ими Родину. Что уж говорить о десяти миллионах квалифицированных рабочих, в одночасье превратившихся в «челноков». И вот в условиях электоральной демократии этот народ голосует и решает судьбы своей страны. И политической элите бывает нелегко убедить миллионы избирателей, что суверенитет важнее сиюминутных материальных благ. Вспомним содержательный диалог Карена Шахназарова с главной государства 2 октября 2013 г.: «Мы понимаем, что и внутри страны сложилась некая общность людей, некая партия, которая вполне искренне полагает, что можно променять суверенитет на так называемое лучшее качество жизни. Действительно, ведь есть страны, которые не обладают суверенитетом, но неплохо живут. Правда, гораздо больше стран, которые и суверенитетом не обладают, и живут паршиво».

Но что, если этой «некой общности» удастся повести за собой часть или даже большинство электората. А именно это мы сейчас и наблюдаем в Белоруссии. Тогда все постсоветские государства целиком или в «расчлененке» очень быстро станут вассалами Соединенных Штатов Америки также, как таковыми сейчас является подавляющее большинство стран мира. И не надо тешить себя иллюзиями о многополюсном мире. Кроме Китая и России реальным полнокровным суверенитетом не обладает ни одна страна мира. Все внимательно прислушиваются и следуют рекомендациям «Вашингтонского обкома».

Но политическая воля к сохранению «свеженького» постсоветского суверенитета есть. А ему угрожает отнюдь не Москва, а электоральная демократия. Вот почему главы государств СНГ, которые очень часто расходятся по обсуждаемым вопросам, единодушно приняли еще в июле 2004 г. документ, осуждающей ОБСЕ за избирательный подход к оценке итогов выборов своих странах.

Вот и возникает соблазн превратить электоральную демократию в «управляемую», как в свое время в сукарновской Индонезии или в «суверенную», как в современной Белоруссии. На Западе проблема решается просто. При наличии единства политической элиты за золото Форт Нокса можно выдвинуть любого кандидата и купить любое число голосов избирателей. Когда же элита оказывается расколотой, как сейчас в США, возникают, по сути дела, те же проблемы, что у нас на постсоветском пространстве.

Отсюда желание "подкорректировать" в свою пользу результаты "свободного" волеизъявления масс. Помню, в Бурунди после выборов 1993 г. офицеры пришли к президенту Пьеру Буйое и предложили ему «добавить» недостающих бюллетеней, чтобы сохранить власть. К чести африканского лидера надо сказать, он отказался от этой «услуги», зато через три года был избран вновь и находился у власти еще тринадцать лет. Но это скорее исключение, чем обычная политическая практика. Соблазн добиваться победы на выборах любой ценой «во имя Родины и независимости» будет всё время присутствовать в менталитете политических элит постсоветские государства до тех, пор пока по уровню своей экономики они не достигнут развитые западные государства, а до этого еще очень и очень далеко.

Где же выход? А вот нашел его Нурсултан Абишевич Назарбаев. Неслучайно ведь прежде, чем стать президентом, а затем национальным лидером, он побывал в ипостаси и первого секретаря Коммунистической Партии Казахстана. Надо на внутрипартийных выборах правящей партии Казахстана «Нур Отан» сформировать «народные партийные списки», выбрать авторитетных лидеров с высокой общественной поддержкой, которые знают реальное положение дел, смогут поднимать острые проблемы на местах и решать их.

А что это означает на практике? А это означает, что если народ будет избирать членов партии, то в стране очень быстро восстановится однопартийная система и шестая статья советской конституции о руководящей роли партии. С той лишь разницей, что если принимать инициативу национального лидера за чистую монету, то членов партии должны избирать беспартийные на местах, и партия могла бы стать своеобразным всенародным парламентом. Эх, если бы Нурсултан Агишевич выдвинул и осуществил свою замечательную идею в бытность свою членом Политбюро. Ведь и СССР тогда не распался бы. Может быть. А так мы, его ровесники, невольно вспоминаем последние строки из «Краткого курса истории ВКП(б)»: легендарный Геракл задушил Антея, оторвав его от матери Земли, вот и партия никогда не погибнет, пока ее не оторвут от народа. Сейчас можно спорить, оторвали ли КПСС от народа, или она сама оторвалась. Скорее всего, имело место и то, и другое. Но в любом случае отрываться правящей элите от народа нельзя. Это главный урок белорусского кризиса.

 

pink floyd

 
Новое на Prisp.ru
 
Партнеры
partners_1 Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?
banner-cik-min Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?
banner-rfsv-min Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?
partners_5 Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?
partners 6
partners_8 Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?
insomar-logo Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?
indexlc-logo-min Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?
rapc-banner Кто первым извлек уроки из белорусского кризиса?