Современные риски носят гибридный характер
С начала спецоперации губернаторы стали больше тратить на обеспечение своей безопасности. В 2021 году затраты региональных бюджетов на эти цели составили суммарно 59,7 млн рублей, в 2022-м – уже 91,6 млн, а в 2025-м – 112,4 млн рублей. Такие данные приводят СМИ со ссылкой на информацию о госзакупках.
Представленные данные прокомментировал заместитель директора Центра ПРИСП, член РАПК, автор канала «Телеграбля» Валерий Прохоров.
Рост расходов губернаторов на личную охрану вызвал привычную волну скепсиса. Особенно это было заметно тогда, когда речь шла о регионах, которые формально не находятся в приграничной зоне и не живут в режиме прямой военной угрозы. Возникают вопросы: оправданные ли эти миллионные траты, не является ли это избыточной мерой на фоне единичных инцидентов?
Если смотреть поверхностно – да, примеров прямых нападений немного. На память приходит история с губернатором Мурманской области Андреем Чибисом. И пожалуй, всё. Но безопасность высших региональных руководителей оценивается не статистикой завершенных атак, а совокупностью рисков в текущей политической среде.
Сегодня губернатор – это не просто администратор территории. Это публичная фигура, встроенная в вертикаль ответственности, которая одновременно решает социальные, экономические, мобилизационные и репутационные задачи. Любой сбой в его работе – будь то физическая угроза, провокация или управляемый инцидент – автоматически становится федеральным кейсом. И именно поэтому объектом внимания являются даже те главы, чьи регионы далеки от линии фронта.
Современные риски носят гибридный характер. Это не только угроза прямого насилия, но и попытки дестабилизации через точечные провокации, медийные атаки и психологическое давление. В условиях информационной турбулентности любое происшествие с первым лицом региона мгновенно превращается в символический удар по устойчивости системы. А символические удары сегодня нередко оказываются сильнее фактических.
Существует понятие «театр безопасности», которым оперируют профильные специалисты. Оно описывает определенную логику действий спецслужб в отношении охраняемых объектов, в том числе и физических лиц. В этой логике защита губернатора – это не только набор технических мер. Это демонстрация управляемости, сигнал о том, что система видит риски и готова их предотвращать. Даже если угроза не реализуется, сам контур защиты снижает вероятность ее возникновения. Публичная власть всегда работает не только с реальностью, но и с восприятием.
Можно задать провокационный вопрос: что опаснее для главы субъекта – стать жертвой нападения или провалить KPI, установленные федеральным центром? На практике эти риски взаимосвязаны. Любой серьезный инцидент автоматически влияет на управленческие показатели, доверие и устойчивость, поэтому инвестиции в безопасность – это гарантии стабильности управленческого контура.
В нынешней политической конфигурации губернаторы находятся под ударом вне зависимости от географии. Они точки концентрации ответственности, поэтому усиление охраны – это не избыточная роскошь, а элемент новой нормы. Вопрос не в том, произойдет нападение завтра или потом. Важно понимать, готова ли система минимизировать последствия, если кто-то попытается сыграть на ее уязвимостях. И в этом смысле расходы на безопасность – это плата за предсказуемость. А она в наши турбулентные времена дорогого стоит.
